Предложить новость
Мы в социальных сетях: | Телефон настоятеля Храма: +7 (910) 968-09-28

09 декабря 2014, 19:57 0 294 2003

Священномученик Димитрий (Димитрий Павлович Вознесенский)

Димитрий Павлович Вознесенский родился 8 октября 1855 года. Его отец, священник Павел Вознесенский, был настоятелем храма Богоявления Господня в Николо-Замошье, а мать — простой крестьянкой из того же села. Многодетная семья Вознесенских жила бедно и постоянно пребывала в нужде: нужно было не только прокормить семь человек детей, но и содержать большой приход. И потому, еще учась в церковно-приходской школе Николо-Замошья, Дмитрий Вознесенский в возрасте 12 лет стал прислуживать с отцом в храме в качестве псаломщика — чтеца церковных текстов. Больше пяти лет Димитрий на практике изучал основы богослужения, молитвы и песнопения и в 17-летнем возрасте уехал в Ярославль поступать в духовную семинарию.  

В 1877 году после успешного окончания семинарии в возрасте 23 лет Димитрий вернулся в Николо-Замошье и по решению епархиального совета стал пономарем, то есть церковным прислужником в родном храме. В его обязанности входило звонить в колокола, петь на клиросе и помогать отцу во время богослужений. Спустя полтора года Димитрий женился на местной девице Марии Константиновне Смирновой, и вскоре у них появился первый ребенок — сын Петр. После пяти лет службы пономарем 4 июня 1882 года Димитрия Вознесенского рукоположили в диаконы и определили штатным клириком в церковь Успения Божией Матери села Николо-Замошье. С тех пор началась его священническая жизнь. С матушкой Марией рядом с храмом они построили дом, развели большой огород, родили еще несколько детей. В начале 1900-х годов настоятель прихода отец Павел скончался, и в 1910 году по благословению архиепископа Ярославского и Ростовского Тихона будущего Святейшего патриарха отца Димитрия рукоположили в иерея — священнослужителя и назначили настоятелем родного прихода. Но вскоре у батюшки пошла в жизни черная полоса — сначала скоропостижно скончалась его супруга, затем старший сын. Но отец Димитрий не впал в уныние, а напротив, стал вести более активную жизнь — преподавал в церковно-приходской школе, помогал словом и делом нищим и убогим.

Начавшаяся в России гражданская война охватила все города великой империи. Докатилась она и до Ярославля, где мощно вспыхнул антибольшевистский савинковский мятеж, который перекинулся сначала на Рыбинск, а потом и на другие города губернии, в том числе и на мологские села. В Николо-Замошье к гражданскому сопротивлению в городах сначала отнеслись равнодушно, мало ли там чего происходит, но когда волна установления советской власти докатилась до их родного села, местные жители молчать не стали и 16 октября 1918 года устроили свое восстание против насаждения советского режима, в результате которого погибли несколько местных мужиков. Отец Димитрий всячески призывал свою паству не принимать участия в кровопролитии. Однако народ, подстрекаемый эмиссарами из центра восстания, требовал провести крестный ход, отслужить молебен и благословить их на «ратный подвиг» в борьбе с большевистским врагом. Несмотря на то, что все жители Николо-Замошья и Некоуза знали о новом декрете советской власти, запрещавшем крестные ходы и молебны в общественных местах, отец Димитрий Вознесенский вместе со вторым священником их прихода отцом Сергием Розовым решились быть с народом и провести моление в роковой для Ярославского края час.

Все понимали, что подобное мероприятие красноармейцы батюшкам не простят. Отец Сергий в своем дневнике так написал о том моменте: «Уступая такому неотступному требованию, а также принимая во внимание и обязанность священника быть всем для всех, мы отправились на станцию и там совершили моление Спасителю, Покрову Пресвятой Богородицы и Святителю Николаю, причем я велел диакону на ектении присоединить моление „о умножении любви и искоренении ненависти и всяких злоб“. В начале молебна я просил богомольцев просить Господа о даровании нам мира, согласия и порядка. Когда молебен уже окончился, и я хотел богомольцев благословлять Святым Крестом, отец Димитрий Вознесенский заявил мне, что он желает говорить. Я остановился. Речь его была такова: „Я не ошибусь, если скажу, всем нам в настоящее время живется очень тяжело. Грабят, отбирают хлеб, святыни, притесняют служителей церкви. Все это проделывает так называемая партия большевиков, которая самовольно захватила власть. Так жить нельзя. Необходимо Учредительное Собрание для избрания законной власти“. После молебна причт отправился домой».

Отец Димитрий на этой проповеди в самой резкой форме отказался от признания законности власти большевиков.

Дальнейшие события в своих дневниках отец Сергий описывал так: «17-го октября в 8 часов утра отец Димитрий Вознесенский велел сторожу звонить в большой колокол к литургии. Из Рыбинска приехал карательный отряд, и все повстанцы после слабого сопротивления разбежались. Услыхавши звон большого колокола, красноармейцы думали, что это призыв к восстанию и что в нашем селе находится центр этого восстания и главное гнездо контрреволюции. Поэтому они бросились к нашему селу и к храму. Двое из них пошли в храм, где совершал отец Димитрий литургию. Один солдат остался у храма, а другой с винтовкой вошел в храм. Читали апостол. Солдат, войдя в храм, закричал: „Прекратить богослужение“. Отец Димитрий начал читать евангелие. Солдат с ружьем вошел на амвон, подошел к царским вратам и стал требовать, чтобы отец  Димитрий прекратил богослужение и хотел его вытащить через царские врата из алтаря. Отец  Димитрий сказал ему, что он — солдат на своем посту, а он — священник  на своем посту, и прекратить богослужение не имеет права. Тогда солдат сказал ему, что он будет стрелять, и стал приготовлять ружье к выстрелу. Отец Димитрий сказал: „Стреляй, я готов“. Но у ружья что-то выпало, и выстрел не получился. И солдат со словами „все равно от нас не уйдешь“ из церкви вышел. Богослужение после этого продолжалось без всяких препятствий; пели на клиросе некоторые богомольцы. Были причастники, накануне исповедавшиеся. После службы отец Димитрий прошел домой. Внезапно появились солдаты и потребовали, чтобы он шел на станцию Некоуз. По дороге  издевались над ним. Спросили: „Давно ли ты служишь?“ — „45 лет“, — ответил он им. „Давно же ты грабишь народ“. „Спросите народ, как я грабил его“, — и тут же начал объяснять конвоирам, что они худо поступают, отбирая у населения деньги, имущество и хлеб и оскорбляя святыни.

Его дочь Ольга пошла вслед за отцом и его конвоирами на станцию. Когда проходил допрос, она стояла рядом с помещением, куда ее, конечно, не пускали. Когда на вопрос молоденького красноармейца: „Что ты тут ходишь?“, она ответила, что она дочь арестованного священника, солдатик сказал ей: „Плохи его дела, он им всю правду в глаза говорит, дак они его расстреляют“.

После допроса отца Димитрия вывели на улицу, там неподалеку от станции весь вечер и всю ночь под холодным проливным осенним дождем стояла его дочь Ольга. Пока батюшку вели на посадку в поезд, он сумел отодвинуть конвоиров, подошел к дочери и тихо в последний раз ее обнял... Красноармеец ткнул батюшке дулом ружья в спину и затолкал в мотовозку, которая увезла священника в Шестихино. Там на железнодорожной станции отца Димитрия снова допрашивали. На всех допросах он повторял то же самое, что говорил в своем слове после молебна.

В 2 часа ночи с 17-го на 18-е октября вблизи станции  Шестихино отца Димитрия вместе с другими расстреляли и тут же, у самой станции, почти на путях, зарыли».

О том, как произошел расстрел, спустя годы Ольга написала в своих воспоминаниях: «...После ночного допроса отца я со станции ушла домой, а его увезли в Шестихино... Лишь холодным мглистым рассветом следующего дня кто-то забарабанил в дверь. Это оказался наш племянник. Юркий паренек умудрился пробраться к месту расстрела и видел все с начала до конца. Он рассказал, что расстреливали четверых при свете прожекторов. Когда им приказали повернуться затылком, кто-то упал, моля о пощаде, кто-то отвернулся. Отец Димитрий стоял прямо, глядя на красноармейцев. После первого залпа он продолжал стоять, так как никто не решился убить его. Тогда комиссар, с бранью выхватив ружье у одного из солдатиков, сам выстрелил в священника. Все было кончено. Мой муж, Николай Петрович Изюмов, начал хлопотать о том, чтобы семье было позволено перезахоронить отца на церковном кладбище. Отец Сергий Розов пишет, что ему это не было позволено, но нам рассказывали иначе. Разрешение было получено, но церковные власти не советовали Николаю Петровичу воспользоваться им, так как, зная о любви к отцу Димитрию прихожан, опасались, что похороны выльются в демонстрацию, что повлечет за собой новые жертвы. „После расстрела отца Димитрия ситуация успокоилась, не надо будоражить народ, Дмитрий Павлович и сам бы этого не одобрил“, — сказали моему мужу. Не исключено, что разрешение на перезахоронение было дано именно с провокационной целью. Посоветовавшись, мы решили отца не перезахоранивать...»

Спустя несколько дней на месте расстрела и захоронения отца Димитрия рядом со станцией Шестихино отец Сергий отслужил заупокойную панихиду и установил крест. Этот крест простоял над могилкой расстрелянного батюшки до 1935 года, а потом его срезали и по этому месту проложили дорогу от Шестихина до Брейтова. Долгие годы эта дорога была грунтовая, по ней ездили тракторы и прочая техника местных колхозов, лишь в 1970-х годах ее закатали в асфальт. Лишь немногие некоузские старожилы в советские годы знали, что под этим толстым слоем асфальта покоятся мощи священномученика Димитрия Павловича Вознесенского, о котором в советской истории Некоузского края не было никакой информации. С началом перестройки в 1990-х годах об отце Димитрии в открытых источниках стала появляться информация, а в октябре 2001 года решением Архиерейского собора Русской православной церкви иерей Димитрий Вознесенский был причислен к лику святых в сонме новомучеников и исповедников российских за веру и Отечество пострадавших.

В двух шагах от Богоявленского храма до наших дней сохранился дом, где на протяжении 45 лет жил отец Димитрий со своей семьей. Сегодня этот дом находится в ужасном аварийном состоянии. После решения Архиерейского собора на крыльце дома местные краеведы повесили небольшую мемориальную табличку со словами: «Этот дом построен в 1906 году Димитрием Павловичем Вознесенским, священником Николо-Замошской церкви. Из этого дома его увезли на расстрел 17 октября 1918 года. Постановлением Священного синода от 6 октября 2001 г. священник Димитрий Вознесенский включен в Собор новомучеников и исповедников российских ХХ века».

14 августа 2013 года по просьбе верующих и родственников рядом с местом захоронения отца Димитрия в метре от трассы Шестихино — Брейтово был установлен поклонный крест. 


Поделиться:

0 комментариев

Для того, чтобы оставить комментарий, необходимо зарегистрироваться, это займёт лишь пару минут.